Жизнь как она есть

Стена плача, Юрий Каминский
Еще не поздно, Вера Кушнир
Считая годы, Павел Ляшенко
"Я, сотворенный быть венцом прекрасного", Наталья Щеглова
"Разбиты водоемы душ", Наталья Щеглова
"Неповторимый и прекрасный", Наталья Щеглова
Жизнь, Лев Болеславский
Все пройдет, Вера Кушнир
"Вам истина известна, — почему же", Николай Шалатовский
Волки и Овцы, Николай Шалатовский
Жить не во зле, Юрий Каминский
Весенней ночью, Юрий Каминский



Стена плача

Не стесняйтесь! Плачьте, спины сгорбив,
И пишите Господу записки
У Стены, чьи налитые скорбью
Камни высоки, как обелиски.

Плачь народ! Оплакивать суровый
Жребий свой не привыкать евреям…
Пусть на раны лягут на Христовы
Слезы их целительный елеем.
Юрий Каминский



Еще не поздно

Еще одна гора, еще одна долина,
Еще один крутой над бездной перевал…
Еще немного слез и горечи полынной,
А там? А там нам рай Спаситель обещал.

Еще не кончен путь, не все свершили руки,
Еще не спета песнь, в ней нет последних слов.
Еще звучат в душе призывов Божьи звуки,
И хор звучит к Христу зовущих голосов.

Еще не поздно, друг, на зов тот отозваться,
Пока еще есть день, минута или час.
О, поспеши Христу, пока есть жизнь, отдаться,
Пока последний луч надежды не погас!

Нет завтра, нет вчера, а только есть сегодня.
Одним лишь только днем владеть нам суждено.
Еще надежда есть, что волею свободной
Ты сможешь разорвать своей цепи звено.

Так быстро жизнь пройдет! Еще одно мгновенье —
И прекратиться путь для утомленный ног…
И вечность впереди! Что вечность без спасенья?
Но ты еще живешь. Живых спасает Бог!

Еще одна гора, еще одна долина,
Еще один крутой над бездной перевал…
Еще немного слез и горечи полынной.
А там? А там нам рай Спаситель обещал!
Вера Кушнир



Считая годы

Уйти нас суждено, пойми,
С земного мыса,
И оборвутся в смертный миг
Дела и мысли.

Рыдая, возвестит оркестр,
Что бренно тело.
В душе возникнет интерес:
А что он сделал?

Считать года — укоренен
Обычай древний.
Но пишут летопись времен,
Знай, и деревья.

Не все они приносят плод
Под добрым солнцем,
Но добавляют каждый год
Незримо кольца.

Предупреждает ныне нас
Любовь Господня:
Не скрыто ль в листьях громких фраз
Души бесплодье?
Павел Ляшенко



* * *
Я, сотворенный быть венцом прекрасного,
Жить радостно и искренно любя,
Рождаюсь ранить, лгать, губить напрасно,
Все попирая, утверждать себя.
А после, растоптав в душе все лучшее,
Я слушаю, как держит сердце страх
И как надрывно душу совесть мучает,
Запятнанная мной в чужих слезах.
Наталья Щеглова



* * *
Разбиты водоемы душ,
Иссякло самое святое,
Остались только пятна луж
С банальным привкусом застоя.
Иссяк свет радости в сердцах
И доброты в нас стало меньше,
Ползучей тиной липкий страх
Разросся в лабиринтах трещин.
Идут небесные дожди,
Как жаль, что благодать напрасна, —
Растрескавшись от мелкой лжи,
Душа бессильна и бесстрастна.
Могу лишь верить и дерзать,
Как тот расслабленный на ложе,
Меня способно воссоздать
Одно лишь чудо, чудо Божье.
Наталья Щеглова



* * *
Неповторимый и прекрасный
Мы кропотливо строим храм,
Не зная, как игра опасна,
И что судьба готовит нам.
Однажды хрупкие колонны
Чуть слышно дрогнут и тогда
Прекрасный свод
С коротким стоном
Всей массой рухнет на тебя.
Он рухнет вдруг, внезапно, разом,
Когда, не взятая в расчет,
Диагональ последней фразы
Былую дружбу зачеркнет.
Наталья Щеглова



Жизнь

Ах, жизнь — какая радость!
Прохлады чистой в грудь
Сегодня я стараюсь
Побольше зачерпнуть!

Ты — волн и плеск, и пенье
Под солнечным веслом,
А больше — упоенье
Заветным ремеслом!

Ты — жар рукопожатья
И взоров пересверк,
А более — объятье
Двух нежностей навек!

Ах, жизнь! Есть свет! Есть праздник
Ручьев, лесов, лугов!
Есть столько душ прекрасных,
А главное — любовь!

Есть ждущее ответа
И тихое, как вздох,
В ней веяние ветра
И в этом ветре — Бог!

«Спасибо!» — в чудной дрожи
Шепчу средь пестроты.
За то «спасибо!», Боже,
Что есть на свете Ты!

За то, что, дух настроя,
Не мал я и убог,
Но чувствую порою:
Пусть миг, я тоже Бог!
Лев Болеславский



Всё пройдет

Когда мне тяжело, печаль к земле гнетет,
И слезы удержать нет сил и нет желанья,
И кажется конца не будет испытаньям,
Я говорю себе тихонько: всё пройдет…

Когда ж от радости душа моя поет,
Безоблачны все дни и все спокойны ночи,
И бьется жизнь в груди так сильно, что есть мочи,
Я, чтоб смирить себя, твержу. что всё пройдет.

Да, в этом жизнь. Мы знаем наперед,
Что есть всему конец, предел всему положен.
И как бы ни был путь порою темен, сложен,
Иль легок, весел, знаем: всё пройдет.
Вера Кушнир



* * *
Вам истина известна, — почему же
Так часто, отвернувшись от нее,
Вы называть готовы небом… лужу?
Пришпорив красноречие свое,
В галоп от правды: «Лужа — то же небо:
В ней месяц, звезды, солнце, — красота!
В ней облака плывут белее снега,
В ней радуги волшебные цвета,
В ней глубина вселенская вместилась,
В ней высота высот растворена;
Она весь мир собою отразила,
Она богоподобна и она!..»
Вам Истина известна. Почему же
Вы лжете на нее, сказать боясь,
Что вас не небо восхищает в луже,
А просто, теплая земная грязь?
Николай Шалатовский



Волки и Овцы

… Лязгнули зубы —
    и брызнули струи крови,
Хриплый, глубокий вздох —
    предвестник конца.
Это среди волков
    под звуки безбожного воя
Пала еще одна
    растерзанная овца.
Ну, а другие что же?
    Так, ничего, зевнули.
Кто-то злорадно проблеял:
    «Мудрости не дано».
И, натянув до носа
    шкуры свои, уснули
На теплой, шелковой травке,
    смоченной алой росой.
Снился им рай и Пастырь,
    умерший так «не мудро»
Лишь для того, чтоб людям
    вечное счастье дать.
Все беззаботно спали.
    Только вот, вдруг, под утро
Чей-то тревожный голос
    им не позволил спать.
«Нет, надоело, хватит…
    Лучше уж смерть, чем мука.
Агнцы, вы слышите?! Агнцы,
Х    ватит с волками спать!
Смерть настоящих братьев
    хватит считать немудрой,
Хватит звериные морды
    братскими называть,
Хватит себя вам тешить
    волчьей обманной манной, —
Нет, безмятежной жизнью
    вам не сорвать оков!
В этом мирском вертепе
    хватит служить приманкой
И зазывать овечек
    в логовище волков!
Люди, вы слышите, лю…» —
    И оборвались звуки.
Это клыки собратьев
    в горло вцепились вновь.
Тупо бараны смотрели
    на агнца предсмертную муку
И равнодушно жевали
    братом пролитую кровь.
Николай Шалатовский



Жить не во зле

Жить не во зле, жить не во лжи,
Не по моим, а по законам Бога,
Как день, родившийся во ржи,
Как вдаль бегущая дорога,

Как путеводная звезда,
Всегда горящая сквозь тучи,
Как родниковая вода,
Пробившаяся к жажде жгучей,

Как в поле — полная луна,
Как в разнотравье — дух полыни,
Как та, последняя струна,
Оставленная Паганини,

Как храма каждый брус и гвоздь —
В живой воде седьмого пота,
Как в формуле, сухой, как кость,
Живет поэзия полета,

Жить не во лжи, жить не во зле,
Делясь последней коркой хлеба,
Жить так, как будто на земле
Нам по плечу законы неба.
Юрий Каминский



Весенней ночью

Днем облака висели, холодны,
И было зябко чорноземной почве,
А ночью, как терпенье у весны,
Вдруг лопнули березовые почки.

И птаха, зимовавшая со мной,
От счастья тихо пискнула спросонья.
И я, присев, ласкаю круг земной,
Луч солнца знойный помнящей ладонью.

И высыпали тучи звезд в зенит,
Как на порог небесного чертога,
И каждая, как колокол, звенит
Во славу сотворившего их Бога.

А здесь, на грешной, на моей земле,
Сосед-пьянчужка, скользкий словно дратва,
В который раз клянется не во зле
Отныне жить, хоть сам не верит в клятву.

Но с Божьей помощью, я гнев свой прикусив
И вспыхнувший в глазах огонь умерив,
Поверил вновь ему, себя спросив:
Как жить, когда никто в тебя не верит?
Юрий Каминский